Бинарный код — глазами профессионала

Рейтинг самых лучших брокеров бинарных опционов 2020:
  • Бинариум
    Бинариум

    1 место в рейтинге! Самый честный и надежный брокер бинарных опционов!
    Идеально подходит для новичков и средне-опытных трейдеров.
    Бесплатное обучение и демо-счет!
    Дают бонус за регистрацию:

Бинарный код – 4. Невидимая власть Текст

  • Объем: 430 стр. 11 иллюстраций
  • Жанр:к ниги о приключениях, к рутой детектив, н аучная фантастика
  • Теги:д етектив-загадка, к нижные новинки, п исатели-фантасты, С амиздат, ф антастический триллерРедактировать

Глава 1. Тайна отражения

Ничто так не укрепляет веру в человека, как знание его мыслей!

По прибытии Рутра ещё раз убедился в своеобразности морали подземного мира. Он жил по своим канонам, в основе которых был принцип – отсюда в космос никто самовольно не улетит.

На станции полигона их никто не встречал. Автомат пригласил их в кабинки для мытья, дезинфекции и переодевания. Оказывается, их было много, открылись шесть штук. Они были замурованы в сливающиеся от белизны стены. Через пять минут все были в сборе, перед главным входом.

Оперативный «просканировался», открылась дверь, и все по очереди прошли в тамбур перед основным коридором. Автомат «просмотрел» всех, на наличие только «ему» известных данных, и выдал: «Доступ подтверждён». Рутра подумал: «Почему в моём случае этого не говорилось? Или команду принимал кто-то другой? Или сейчас что-то изменилось?».

Они прошли в так называемый основной магистральный коридор. И там никто их не встречал, все заняты были своими делами.

– Что будем делать? – спросил оперативный.

– Сейчас, – ответил Рутра.

Он связался, мысленно, с Исой, потребовал соединить его с Яровитовичем. Через секунд десять она ответила.

Рейтинг брокеров бинарных опционов полностью на русском языке:
  • Бинариум
    Бинариум

    1 место в рейтинге! Самый честный и надежный брокер бинарных опционов!
    Идеально подходит для новичков и средне-опытных трейдеров.
    Бесплатное обучение и демо-счет!
    Дают бонус за регистрацию:

– Глава занят и не может выйти на сеанс связи.

– Тогда спроси, что делать членам прибывшего оперативного штаба? – вслух спросил Рутра.

Все молчали, знали, что он связывается через систему с комендантом.

– Команда – всем занять места по штатному расписанию, – ответила Иса.

– И всё? – удивлённо спросил Рутра.

– Других команд не было, – в своей невозмутимой манере ответила она.

– Ладно, всем по своим постам, я свяжусь с вами, – скомандовал Рутра и направился к Яровитовичу.

Яровитовича у себя не было, Иса сообщила, что он в городе, в зале встреч.

– В каком ещё городе? Наверху?

– Нет, в городе, здесь.

– Здесь есть город?

– А что Вы видели за студией?

– Иначе как бы Вы его увидели? Это ведь виртуальная, но всё же реальность.

– Я могу туда пройти?

– Центральная. Эмблема на двери та же.

Рутра вспомнил что там была эмблема в виде телебашни.

– Проход через студию?

– Основной вход с нижнего уровня, хотите, пройдите.

Рутра нашёл нужную линию, прошёл, нашёл дверь. Студия была такая же, как в «виртуале». С мыслями о том, как это всё можно сделать, чтобы человек увидел во сне то, что не видел наяву, он прошёл дальше, через дверь в «город». Ни привычка, ни рефлексы, ни натренированность, ни чувство полной адаптации к невероятному не помогли. Рутра замер. Удивило его не то, что он увидел, не то, что нахлынула волна уже привычных цепочек умозаключений, которые меняли представление о бытие и реальности, а понимание того, что «их» всех связывает: это отдельный мир, он и такие же, как он, для «них» всегда будут чужаками. Не надо было искать заговорщиков, они все были одной масти, жителями другого мира, со своими мыслями, чувствами, пониманием справедливости и смысла жизни. Понял это всё Рутра, потому что ощутил, как долго он не видел настоящего, в его понимании, мира, хотя был здесь несколько дней. Теперь ему более понятны были Яровитович, Вячеслав, Аввакум, Ольга, врач и Алиханов.

«Город» был полон людей, он кипел жизнью, и Рутру уже не удивляло и не волновало, что их здесь так много, все они тут что-то очень важное делают, именно здесь, а не наверху. Можно было думать, думать и думать о том, сколь искажённое представление о власти, управлении и секретах было у граждан, не знающих этого, но всё равно невозможно было осознать весь масштаб «реальной реальности».

От обилия света Рутра немного зажмурился. Если бы человек заснул где-нибудь наверху и его перенесли бы сюда, а потом разбудили, он бы думал, что попал в обычный многоуровневый торгово-развлекательный центр. Не было окон, вместо них огромные экраны показывали пейзажи, наподобие тех, что были в каюте, создавалось впечатление – за «окнами» находятся леса, поля, моря, горы, луга, улицы, парки, такие же ряды улиц, такой же гул. Рутра шагнул на балкон.

– Куда Вы собрались? – спросила Иса.

– Куда, куда, к Яровитовичу.

– В рабочем виде в город нельзя.

Рутра посмотрел на свой комбинезон и на жителей «города», они были в гражданской одежде.

– Где она? Думаешь, я помню?

– Пройдите по зелёной линии до каюты 4 – 23.

Рутра развернулся и пошёл назад в коридор, нашёл зелёную линию и по ней дошёл до номера 4 – 23, просканировал, вошёл. Каюта была такая же, как и в прошлый раз, только пейзажа не было. Одежда была почищена и поглажена, он переоделся, пошёл в «город».

Жители «города» были одеты стильно, по моде, вели себя как обычные посетители подобных центров. Ничего не отличалось, только вместо потолка – огромный экран с изображением в реальном режиме неба, тучек, солнца, а по стенам – местами парк, местами улица с тротуарами и клумбами.

– Где центр приёма? – спросил он Ису.

– Поднимайтесь на третий этаж, пройдите в административный сектор, там по стрелке, слева от эскалатора.

Рутра так и сделал, вскоре оказался перед большими дверями с надписью «Центр приёма». Он уже стал привыкать к подземелью, поэтому понимал, что «Центр приёма» – это не центр приёма гостей, делегаций, в привычном смысле.

Двери были заперты, Рутра позвонил, из динамика послышался голос: «Пройдите идентификацию». Засветился маячок в месте, где располагался сканер, Рутра приблизил глаз к сканеру. «Можете войти», – ответила система, дверь щёлкнула, он вошёл.

На его удивление это действительно был зал приёма, точнее конференц-зал. Было много народу, председательствовал Яровитович, он кивком поприветствовал Рутру и продолжил обсуждение темы. Обсуждение касалось последнего происшествия, суть его сводилась к двум принципиальным позициям. Одни утверждали, что нельзя было имитировать боевую тревогу, другие доказывали, что для достижения цели можно пойти и на такое. Первые не унимались и объясняли, что это приводит, на самом деле, к снижению боеготовности, так как в последующем подобная тревога будет расцениваться как менее значимая. Яровитович доказывал, что у них есть система сдерживания и дополнительного контроля, что управление центрального контроля было в курсе и само разрабатывало этот план, что это внештатная ситуация.

Рутра сначала не мог достоверно оценить, почему этому уделяется столь большое значение, ещё и в этом центре, потом, осознав, что многое пропустил, стал складывать из обрывков диалогов общую картину. Смысл всего был в том, что риски, связанные с принятием решения для объекта «Кремль-2», могли быть судьбоносными для всего человечества. Рутра обрабатывал поступающую в него информацию и заново открывал для себя роль этих людей в жизни планеты. Он многое здесь стал понимать в последнее время – странный изучающий взгляд этих людей, манеру речи (как с «пассажиром»), выражение лица при расспросах, говорящее «ты ничего не поймёшь».

Это были необычные люди, они дискутировали о том, что даже если для выполнения особого плана требуется имитация боевой тревоги, то это слишком опасно, так как могут погибнуть сотни миллионов. Их оппоненты спокойно рассуждали над тем, что вероятность того, что такое произойдёт, на самом деле, не столь высока, так как существует цепь взаимосвязанных систем контроля. Рутра слушал их обсуждения и чувствовал себя всё более чужим для них. Он даже стал побаиваться говорить им, что он не один из них, потому что они крайне спокойно рассуждали о том, что могут погибнуть люди там, наверху. Для собравшихся эти люди не имели столь высокого значения. Часть погибла бы, часть осталась бы, главное – жизнь можно возродить, цивилизация продолжится, вот к этому сводилась их дискуссия. Обсуждение закончилось тем, что было принято решение не повторять подобную ситуацию. Такой объект и такой спор? Поначалу это удивило Рутру, но, поразмыслив, он понял, что основной штат центра – это люди науки, и они не будут продуктивны, если с их мнением не будут считаться.

Все разошлись, Рутра остался сидеть на своём месте.

– Ну что, скажем? – спросил Яровитович, внеся в вопрос дополнительный смысл.

– Проведя предварительное расследование, я пришёл к выводу, что Алиханов хотел использовать цепочку передачи сигналов мозга через свою установку на передатчик командной ракеты «Пионер» для гарантированного поступления сигнала в режиме ядерной бомбардировки. Чтобы после этой суеты полностью контролировать ситуацию. Считаю, что он передавал её в один из секретных центров управления.

– Их не так уж и много – ваш, наш, Ямантау. Все остальные не смогут полноценно управлять, только локально.

Рутра, перебрав варианты в голове, всё же решил спросить, иначе оставались неизвестные в решении столь грандиозного уравнения.

– Скажите, пожалуйста, что это за тайная организация ЗКР?

Яровитович покачал головой, расширил глаза. Таким образом выразил озабоченность и недовольство чем-то, что его, видимо, нервировало давно.

– Эти демагоги меня уже достали. Что, дошло и до тебя? – неожиданно резко для Рутры отреагировал на вопрос глава. – Считают себя истинными патриотами, поборниками чистоты крови и другой такой ахинеи. Если бы туда не входили бывшие секретные спецы «аквариума», давно бы их вычислил и пересажал. А так, водят за нос, нигде их нет, скорее всего, для отвода глаз периодически скидывают информацию, а в действительности за этим скрывается что-то другое. Никто их найти не может, нигде, только слухи.

– Вы имели в виду «аквариум», который в ГРУ?

– Да, тот самый, и ещё 13-й отдел КГБ.

– Серьёзная компания. Разве их не держат на постоянном учёте, до смерти?

– В 90-е немного запутали карты и многие просто исчезли, пропали без вести, вроде как. А как оно на самом деле было – долго разбирались, но так как утечки не было, никто никак себя не проявлял, то отложили в архив, вплоть до украинских событий. После них стала приходить агентурная информация, что по слухам где-то, кто-то, что-то, говорил о неком тайном ордене русских родноверов – ЗКР. Это не столь важно, важно узнать – был ли разработан дубликат считывателя нейронных сигналов. И если да, то где он, как он туда попал; если Алиханов пробовал передать, значит, где-то он есть и в активном состоянии. Займись этим вопросом, а попутно как раз и старым, расшифровкой. И то, и другое требуют наличия огромных вычислительных центров, центров по обработке колоссального массива данных.

– Ну конечно. Ты что, думаешь, этот маленький аппарат может вместить, обработать и преобразовать всё, что есть в мозге человека? Нужен суперкомпьютер.

– Я об этом и думал. Тогда как Алиханов это делал? Получается, появляется ещё один компонент?

– Получается, да. Этот аппарат всего лишь сканирует и передаёт. Суперкомпьютер нужен для приёма и обработки информации.

– А который есть в Ямантау – потянет? Что-то я упустил этот момент.

– Конечно, мощность, думаю, достаточная, как без него, это же центр управления.

– И здесь он есть?

– Ну, ты как маленький. Или намекаешь? – Яровитович засмеялся.

– Это уже профессиональное, – виновато ответил Рутра.

– Это у нас у всех, хроническое, – улыбаясь заметил глава. – Рутра, соберись, взгляни на мир шире. Со своими я сам разберусь. Ты поднимайся, если надо в «Зеро» что-то проверить, это согласуй с Хентом, и давай продолжай проверку. Тот твой список мне известен, проверь всех, не путайся сейчас из-за этого. Может быть и такая хитрость, о которой мы не подумали. А то сейчас будем искать суперкомпьютеры и пропустим малоприметное, но ключевое звено.

– Мне нужно запротоколировать свою работу, поставьте резолюцию, что по данному объекту проведёте Вы или оно завершено здесь.

– Я же сказал, что со своими я сам разберусь, но раз бумажка нужна твоему Хенту, неси, подпишу.

– Личный вопрос можно?

– Вы с Хентом давно знакомы?

– Хм, – глава снова улыбнулся, покачал головой. – Мы с ним ещё те сволочи, только знаем об этом только вдвоём.

Яровитович рассмеялся, было понятно, что он шутит.

– Мы вместе прошли ад и рай. Только пройдя с человеком огонь, воду и в особенности медные трубы, при этом оставшись друзьями, можно доверять бескомпромиссно. Так что, вот, как мы знакомы. Намекни ему, пусть весь коньяк не переводит, всё-таки 50-тилетний. Пойдём, я буду в кабинете.

Они вышли, оказались совсем в ином мире, вернее – в мирке, в котором понималось то, как хрупок, на самом деле, настоящий мир. У себя в каюте Рутра связался с Исой и попросил принести ему компьютер и принтер.

– Зачем он Вам? – спросила она.

Рутра хотел возмутиться. Поразмыслив, не стал, догадываясь интуитивно, что за этим должно быть что-то ещё, спрашивал ведь компьютер. Так и оказалось.

– Напечатать протокол событий.

– Вы так и не научились пользоваться своими способностями, это всё потому, что спешите. Если бы в прошлый раз завершили обучение, тогда знали бы, что никакого принтера Вам не нужно.

– Излагайте свои мысли, передавайте мне, я обработаю в деловую форму и пришлю Вам. Выносить бумаги и что-либо другое с объекта Вам не разрешат. Вы можете в «Зеро» распечатать с помощью меня, таким же способом.

Рутра лёг, стал мысленно «печатать» протокол, особенно «обеляя» в нём врача. После того, как закончил, спросил Ису:

– Всё в норме, уже обработала.

– Его скоро Вам скину, посмотрите на экране телевизора, в каком виде будет.

Не прошло и минуты, как на экране появился протокол, Рутра прочёл его, отправил с помощью Исы Яровитовичу и сам отправился к нему. Яровитович просмотрел протокол, подписал электронной подписью и «отдал» Рутре, акцентировав свою озабоченность наставлением.

– Не забывай основную цель. Время против нас. Вероятно всё самое невероятное. Реально может случиться то, что мы разыграли. Реально!

– Понял. Я пойду, – спокойно, и уже без волнения ответил Рутра.

Рутра вышел и направился в лабораторию, там его встретил врач.

– Ну что? – испуганно спросил он.

Рутра кивнул утвердительно. Доктор жестом показал ему идти за ним. Он провёл Рутру в изолированный бокс, там достал заранее заготовленные проводки, идущие к аппарату у него в кармане. Два провода он дал Рутре и два взял себе. Они, смотря друг на друга, синхронно приложили их к языку. Удар тока временно немного контузил. Врач, быстро придя в норму, дал ему стакан с жидкостью.

Пока Рутра был в замешательстве, тот раскрыл медицинский столик с инструментами.

– Пейте, это обезболивающее.

– Садитесь и не двигайтесь, я буду вставлять под кожу головы микропластину с чипом. Это для того, чтобы Вы могли управлять тем, когда Ваши мысли доступны, а когда нет. У Вас два шрама на голове, в одном месте я поставил чип на передачу ещё тогда, в другом – я поставлю чип на блокировку.

Врач специальным прибором дал разряд в область шрама, макушка головы Рутры словно парализовалась, потом медик вколол местную анестезию, сделал надрез, провёл какие-то манипуляции, замазал искусственной кожей, приложил бинт со спецсредством и стал спешно собирать инструменты, постоянно смотря на часы.

– Давайте ещё раз.

Врач, показал на провода. Они повторили процедуру. Несмотря на обезболивающее, рану стала покалывать, она «шипела» от спецсредства. Рутра понял, что это был «Эпилас», секретное средство мгновенного заживления ран; вкупе с изменениями, которые сделали с ним на полигоне, рана заживала лучше, чем на Терминаторе.

– Теперь у Вас есть экран, мысли сначала отразятся, попадут обратно в мозг, Вы будете как бы слышать самого себя, а после решите – какие из них выпускать. Можете выпускать именно то, что хотите, то есть можете врать. Всё, время заканчивается, найдите подобное радиоизолированное укрытие и проделайте пару опытов над собой, чтобы привыкнуть и понять, как это работает.

– Как они слышат мои мысли?

– Всё в виде биосигналов мозга, их только можно расшифровать. Например, такие, как правда, ложь, тревога, эйфория и подобное. Диалог – только по взаимной инициации; в тех случаях, когда принимающий знает Вас хорошо и проводил многочисленные не конфликтные сеансы связи, то Ваш чип пропускает его. Вы это узнаете, это предусмотрено, можете почувствовать, надо только наловчиться. Есть, конечно, обход всех блокировок, напрямую, но для этого нужен код.

– Давайте ещё разряд. И хватит, это может вызывать подозрение.

Они повторили процедуру с проводами, врач рассказал дальше.

– Я не знаю точно, он пишется в секретном отделе шифровальщиков, хранится у ответственного по контролю за службой кодировки и шифрования.

– Никто конкретно не знает, это то место, откуда исходят все изначальные коды, по слухам – оно называется «Сфера».

Рутра глубоко вздохнул и стал медленно выдыхать, потряс головой.

– Тут сам центр, не существующий для всех, ещё и при нём есть масса организаций, которые то ли есть, то ли нет. ЗКР, «Сфера», что ещё?

– Идите, всё, забудьте обо мне.

Рутра не мог не задать ещё один вопрос.

– А ИСУ-А2 как читает мысли?

– Не читает, а видит, как бы в сети. Интерфейс компьютер – мозг как бы является продолжением одного в другом. Вы черпаете всё из её базы, а она из Вашей.

– Почему же у неё свободный доступ ко мне?

– Теперь нет, – сказал медик и показал на макушку головы Рутры, потом приложил указательный палец к своим губам, давая знак «молчание», толкнул его в плечо к двери. Рутра пошёл к выходу, вышел в коридор.

– Вас долго не было, что-то случилось? – услышал он Ису.

«Ну, сука, следишь за мной», – подумал Рутра и тут же понял, как работает блокировка, в голове послышался свой собственный голос. «Всё нормально», – подумал он и направил мысли к ней.

– Я рада за Вас, – ответил компьютер.

– Я на выход, до свидания.

– Выходите через лестницу или по капсуле.

– У вас тут сервис. А обычное такси можно? – шутливо спросил Рутра. – Лифт есть? Не охота по лестнице полчаса подниматься.

– Есть, слева от люка капсулы.

– Не заметил. Как и всё здесь. Готов, я иду.

– Вы давали запрос на выход?

– Нет. Что за запрос?

– У нас же не проходной двор, нужно предупредить, получить разрешение.

– Мне никто не говорил.

– Зайдите к оперативному, с главой Вы говорили, он даст разрешение.

Рутра направился в ЦУО, просканировал глаз, дверь открылась. Оперативный с двумя помощниками сидел за пультом с многочисленными светящимися индикаторами, впереди и по бокам работали многочисленные мониторы. Оперативным был не тот, что начальствовал над штабом по тревоге, для Рутры это было более приятно, не хотелось просить что-то у человека, которому только что предрекал трибунал.

– Держите. Меня предупредили, – сказал оперативный и протянул небольшой прибор, похожий на лупу.

Рутра взял предмет, стал его рассматривать.

– Поднесите к глазу, – сказал оперативный.

Рутра поднёс аппарат к глазу, он засветился направленным светом в глаз.

– Всё, спасибо, можете идти, – поблагодарил его дежурный.

Рутра, с любопытством и подозрением разглядывая прибор, отдал его. Его преследовало странное чувство. Хотя он спешил уходить, что-то ему не давало этого сделать. Это было любопытство. Он вспомнил про Алиханова.

– Вы не в курсе, тело Алиханова ещё на станции? – спросил он оперативного, «попутно» размышляя над тем, хоронят тела «секретных граждан неизвестного города» здесь или всё же как обычных людей.

– Насколько мне известно, оно должно быть в морге, двухсотых не отправляли, – сухо ответил оперативный.

– Спасибо, до свидания.

Подъём по лифту был недолгим, он вышел непосредственно в комнату перед подземными подвалами Трёхгорного. Пройдя сканер, через дверь вышел в подземный бункер Трёхгорного. Невольно Рутру посетили многочисленные размышления: «Значит, я действительно никуда не уезжал в капсуле. Как это происходит, чёрт побери, ведь мне даже не хотелось спать?». Мысли так заняли Рутру, что он не заметил – в бункере его ждали. Это были те же, кто сопровождал их сюда, они провели его наверх. Он не стал встречаться с руководством завода, что-то объяснять. Его отвезли на «служебке» в гостиницу, никто даже не поинтересовался, где старик. Муштровка в подобных организациях была на высшем уровне. Рутре принесли еду в номер, он поел, быстренько собрался, вышел.

Из красивейшего лесопарка, который был частью заботливо сохранённого при строительстве города девственного леса, Рутра посмотрел на прощание на напряжённо гудящий внизу за рекой завод ядерного оружия. Были видны только крыши его цехов. Не трудно было догадаться, что они подобны айсбергам, две трети которых находится под водой. К Юрюзани спускалась знаменитая заводская лестница в 385 ступеней. Рутру ждала машина, он сел в неё, и водитель отвёз его в аэропорт города Магнитогорска. Сейчас его мало волновали доклады и обязательства, он направлялся домой, от последних событий голова шла кругом, в прямом и переносном смысле. Теперь он мечтал стать обычным человеком, как раньше, что, скорее всего, было невозможно, хотя, может, и не надо было, главное – взять управление на себя.

Рутра, конечно, сообщил что отправляется домой, хочет провести пару дней с родными. В аэропорту его встречали сотрудники центра «Зеро», во главе с администратором, который, хоть и был родным человеком, но согласно твёрдым правилам являлся в подобных ситуациях только администратором. По дороге домой они изложили наиболее важные события, произошедшие в «невидимом» мире, о которых не сообщили ранее в докладе по зашифрованной связи, хоть и закодированными фразами, в целях безопасности. Из полученной информации, даже при поверхностном анализе, Рутра сделал вывод, что игра идёт к определённому финишу. Кем-то нужно было пожертвовать. Сноуден, WikiLeaks, оффшорные скандалы не шли ни в какое сравнение с выбросом информации агентства «Стратфор».

«Стратфор» являлась американской частной разведывательно-аналитической компанией. Её называют «теневым ЦРУ». Основана в 1996 году американским политологом Джорджем Фридманом, который возглавляет компанию до сих пор. Компания занимается сбором и анализом информации о событиях в мире. Информация поступает к ним как из СМИ и прочих открытых источников, так и из собственных источников. На основании собранных сведений аналитиками компании составляются экономические и геополитические прогнозы. Часть секретных документов компании обнародовал WikiLeaks.

Список клиентов компании конфиденциален, однако Рутре было известно, что среди них есть крупные корпорации и правительственные учреждения – как американские, так и иностранные, в том числе и российские.

В настоящее время продукция компании распространяется в основном по индивидуальным подпискам, наиболее полной и всеобъемлющей является серия Premium. Другие сервисы, такие как GlobalVantage, предназначены для коммерческих и правительственных структур и включают в себя дополнительные опции – возможность послать специалистам компании запрос и получить ответ в течение 24-ти часов, а также поучаствовать в ежемесячной телеконференции с директором компании Джорджем Фридманом.

Многие работы «Стратфор» находятся в свободном доступе на сайте компании. Всё это было только ширмой для того, чтобы периодически устраивать утечки информации из реальных разведывательных агентств. За время отсутствия Рутры была слита информация о связях президента России с агентами Федеральной разведывательной службы Германии (БНД). Естественно, с вбросом секретной информации, с подписями и печатями, местами встреч, паролями и конспиративными квартирами. Затравка была пущена, и никто уже не разбирался в том, что президент, в прошлом, во время работы за границей вёл деятельность в структуре другой направленности. Доказывалось, что он был завербован, под угрозой разглашения сведений о его связях с колумбийской наркомафией.

Одновременно с этим в прессу попала информация о том, что якобы США уже закончили работу над системой ПРО и тайно её испытали. Испытание были официально представлены как отработка совместных стрельб, с европейскими союзниками, по отражению ракетной атаки террористической группировки, название которой переводилось – то ли как «наказание с небес», то ли «кара небесная».

Третей частью информационной пирамиды был слив в СМИ якобы существовавшего доклада Военно-космической разведки США об установке Россией, вдоль побережья США, новейшей баллистической ракеты «Скиф», способной находиться в режиме ожидания на морском и океанском дне и в нужный момент по команде выстреливать, поражать наземные и морские объекты. Отмечалось, что закладка таких ракет в нескольких участках дна позволит в необходимый момент поразить цель без привлечения подводных лодок. Это вызвало такой бурный резонанс, что европейские и американские СМИ «кипели». Одни обвиняли США, предъявляя то, что они платят столько налогов, а военные позволили у них под носом разместить вражеские ракеты, другие обрушивались с гневом на Россию, требуя её наказать.

В России шумихи было не меньше, шла полная подготовка к выборам. По своему отношению к происходящему страна чётко делилась на два лагеря, причём не по социально-экономическому принципу. Одни были убеждены, что выбирать нужно действующего президента, утверждая, что только он накажет врагов России, коими оказывалось чуть ли не все вокруг, другие готовы были идти на смерть для освобождения страны от «хунты захватившей власть». Были и те, которые считали, что неправильны оба варианта. Всё это мало интересовало Рутру, его занимало, как так быстро развернулась такая компания. Он даже стал подозревать, что прошёл минимум месяц, а не несколько дней, так быстро развернулись события, потом проанализировал реальность, которая говорила, что это не так.

– Как так быстро, почему сейчас, кто санкционировал, какова цель? – требовал отчётов Рутра от своих подчинённых.

– Прямое распоряжение от Христофоровича, – доложил глава службы безопасности.

На вопросительный взгляд Рутры ответила администратор центра.

– В топе всех новостей запретили глушить прозападную информацию, цель – подготовить отказ казначейства США принимать доллары США, напечатанные для «хождения» за пределами штатов.

– Уже началось, что ли? Я ещё не довёл расследование до конца.

Рутра теперь решил всё же уточнить некоторые детали. Для экономии времени, в том числе и семейного, позвонил Хенту, сказал, что с утра готов обсудить дальнейший план, и получил одобрение. Так, обсуждая текущие дела, он приехал домой. Дома, как и всегда при подобных обстоятельствах, все ликовали.

На следующий день Рутра встретился с Хентом, тот был в приподнятом настроении.

– Ну что, довёл учёного до гроба? – спросил он якобы серьёзно.

Рутра понимал, что Хент так шутит.

– Как можно такое обо мне подумать, – якобы с негодованием ответил Рутра. – Я всячески пытался его спасти, он сам туда полез.

– Какие выводы, каково твоё мнение? – теперь уже серьёзно спросил Хент.

– Я подключился к Вам во время объяснения членам оперативного штаба, больше пока ничего.

– Да я записал. А дальнейшее расследование, подробности, хронология событий на полигоне?

– Яровитович сказал, что сам со своими разберётся. Кстати, он передавал Вам большой привет.

– Спасибо, – Хент рассмеялся.

Рутра осознавая, что не совсем понимает юмора, решил пояснить для себя.

– Кстати есть вопрос. Он же Вам позвонить может?

– Ну ты деловой, даже здесь забудь вести разговор об этом, – сказав это, он показал пальцем вниз.

– И всё-таки – что, связи нет?

– Забудь. Конечно, есть, зачем тогда «узловая».

Рутра хотел поинтересоваться, что скрывается за «передачей приветов» тому, с кем можешь созвониться, обосновав это не личным любопытством.

– Всё, прекрати и забудь. Помни только о главной задаче. Ядерный центр в Сарове, до сих пор ничего не выяснил, продолжи расследование, зайди к ним, надо понять, в чём суть. Какие на этот счёт есть соображения?

– Возможно это из-за того, что работа их суперкомпьютера основана на принципе параллельных вычислений, а программа зашифрована по принципу последовательного режима.

– Так проверь на другом компьютере, основанном на нужном принципе. Если, конечно, это поможет.

– Вы считаете, что нет?

– Думаю, какие-то результаты, должны были быть здесь.

– На полигоне тоже ведь есть суперкомпьютер. У него какой принцип работы?

– Такой же. Даже если был бы другой, его нельзя «отвлекать».

– На каком тогда можно?

– У тебя в программе был Лос-Аламос, там.

– Я предполагал не это у них проверить, кое-что другое.

– А ты проверь, мы договоримся, он входит в нашу систему.

– Как я вывезу программу?

– Ты никак не поймёшь уровень. Программа наша, её охраняют для нас, а не от нас. Вывезем в специальном кейсе, с сопровождением. Только заверши здесь. Я, по крайней мере, буду уверен – всё, что можно было, проверили. Понимаешь? Мысли так, как они. Они ведь знали, мы будем искать там, где связано с хранением чего-либо сверхсекретного. Чего-то мы не видим. Я тебе поэтому и поручил это, зная, что ты мыслишь абстрактно, не ординарно.

– Спасибо. Давайте я проверю то, что уже наметил, чтобы и мне в этом смысле спокойней было, потом буду вычислять уже совсем невероятное. Как закончу в России, займусь зарубежьем. Я хочу проверить центры обработки данных, Лос-Аламос, Зону-51, АНБ, ну и там посмотрю, какие последовательности возникнут. Проблем не будет?

– О, вижу уровень. Полигон, явно, тебе пошёл на пользу. Проблем не будет, у нас же единый центр и цель.

– Есть только вопрос. Я понимаю, что я должен быть выше каких-то «берегов», но всё-таки – почему нужно взять под контроль нашу систему «Периметр», а не их?

– Ты, скорее всего, знаешь ответ на вопрос, только хочешь подтверждения. То, что есть у них, уже под контролем. Убедишься в Зоне-51. А система «Периметр» есть только у России. Вот и всё. Тот, кто её создал, не просто так её заумной сделал, они многое предполагали. Это не один человек, это команда, им в мозг, как нам, не залезешь. Они сами, кому угодно в мозг и в душу залезут.

– Понятно. Я это уже давно понял. Спасибо.

– Мысли неординарно. Вполне возможно, что они тоже создали легальные международные организации. Надо искать везде, всё под подозрением – секретный бункер Путина и убежище, где хранятся архивы Билла Гейтса, всё. Это место может быть под благовидным предлогом закрыто, секретно с ограничением доступа. В любых вариантах оно может быть цепью в системе передачи сигнала. Логика у них одна. Так же, как они создали скрытые шахты, из которых вылетят ракеты через три дня после того, как победитель будет запускать салют в честь победы, так же и скрытые передатчики, серверы заработают в нужный час, по заранее оговорённому сигналу, возможно, автоматическому. И всё вокруг может служить ширмой, чтобы это скрыть. Например, можно скрыть всё что угодно, где-нибудь в секретном, хорошо охраняемом, укреплённом бомбоубежище какого-нибудь миллиардера. Мировые державы не прекращают время от времени хвастаться своим оружием, причём не только высокоточным, но и ядерным. И при самом плохом раскладе население земного шара может заметно уменьшиться. Впрочем, сильные мира сего всё равно выживут. Это обязательно будут главы стран, высокопоставленные военные и миллионеры, которые не поскупились на собственный бункер.

Бинарный код — глазами профессионала

Глава 1. Вначале было событие

Это был обычный день, вернее утро, и в нём не должно было случиться ничего необычного, точнее – прямых предпосылок к этому не было, однако, как обычно, случилось нечто необыкновенное. Многие считают, что время не материально, что оно не имеет физической субстанции, что если не будет физической составляющей, хотя бы одной частицы ядра атома, то и времени не будет, так как нет того, относительно чего его можно измерить. Как известно, история учит людей тому, что ничему не учит, и время как самостоятельное, независимое событие постоянно это доказывает. Доказывает, что оно есть, вне зависимости – есть ли что-либо ещё, кроме него. Вот и на этот раз время в очередной раз дало трещину. Его составляющая не выдержала искусственного изменения его хода и во всеуслышание прокричала: «Пришло моё время!» В это утро время и дало трещину, и «колесо» истории покатилось в очередную неизведанную даль.

– Рутра Тигрович Пасхов, почему вы спите, время вас ждать не будет! – в своей полушуточной манере прокричал возле его шконки капитан Климов.

– Что случилось? Я был на вахте, – промурчал Рутра, кинув недовольный взгляд на дежурного, означающий: «Как вошёл? Почему не предупредил?» Хотя Климов был старше по званию, он не имел уровня допуска в особо секретную часть объекта.

Зная манеры Климова, Рутра понимал, что он в курсе, что там произошло в стране, поэтому думал не об этом, а о том, почему он так выразился. Видимо, хотя их структуре всё было заранее известно, столкновение сил было столь масштабным, что исход всё же был непредсказуем.

Это было утро 18 августа 1991 года. Дальнейшие события были всем известны, а их внутренняя структура и причины, приведшие к ним, являются объектом многочисленных споров и конспирологических версий.

В период, когда менялось всё, что могло меняться, и меняли всё, что возможно поменять, когда любимая страна превратилась в нечто для одних, а для других, наконец-то, исчезла, начались данные события и длились до наших дней.

Рутре повезло быть причастным к некоторым тайнам и особо важным ценностям государства под названием Советский Союз. Так же, как и у многих людей, которые имели отношение к существованию той системы, у него сложился определённый тип личности. Многие люди, которые не знали, в чём состоит сила системы и на чём она держится, не могли понять этих людей. Эти люди были из той категории, которые никогда не произносили слов впустую. Каждое слово, жест, действие, поступок и даже мимика имели своё значение. Так уж система их воспитала. Таких, как они, принято называть бывшими; про них говорят, что «у них бывших не бывает». Впрочем, они не те, что известны как те, у кого «не бывает бывших», потому как о тех знают если не все, то эти точно, а об этих не известно ничего. Хотя и эти люди остаются людьми с их людскими понятиями о бытие, тем более в рамках социального экономическо-политического «поля», на коем их вырастила система ценностей, которую они были призваны защищать. Поэтому на перекрёстке истории, которая даёт не только сбой и трещину привычному укладу жизни, но и новый выбор и возможности, многие приняли ту позицию, которая им была ближе по духу. Получив свободу выбора, люди показали свою истинную сущность. Оказалось, что многие не готовы жертвовать собой – не только жизнью, но и временем и образом жизни, а хотят больших и лёгких денег. И ради этого они готовы поступиться моральными и этическими табу. Другие же не могли перешагнуть через свою совесть и пытались не только не перегибать моральные устои, но и зарабатывать честно в новом мире, где большинство забыло эти принципы.

Многие оказались на перепутье. Рутра попытался устроиться как-то в жизни и пристроить друзей. Друзья, товарищи и начальство его не забывали, как и он не забывал друзей и товарищей, так как дела, которому они были обучены, как такового не было. Хотя многое из нового было риском для жизни и риском для свободы, оно было всё же близко по духу Рутре и компании.

Это были люди, которые сами по себе жить не могут без этого. Поскольку особо было выбирать не из чего, Рутра соглашался на разные спецоперации. Суть дела было в том, что нужно было под видом туристов, бизнесменов, представителей общественных или религиозных организаций – одним словом, под чужими документами – выезжать за границу для контактов с разными спецслужбами.

Дело в том, что то, что видят и слышат обычные граждане, сильно отличается от того, что есть на самом деле. Спецслужбы имеют негласный договор не разглашать суть их существования, даже если они противники. А суть работы заключается в том, чтобы они существовали и постоянно были у власти. На самом деле – существует миф о том, что к власти можно прийти, так сказать, честно. В чём вопрос? Всё происходит, вроде бы, так, но никто никогда не будет «верховной» властью без разрешения тех, кто уже является «верховной» властью. Эту власть никто никогда не должен видеть. Это логично. При желании можно с детства воспитать в нужном духе, подготовить человека и довести его, через все процедуры и промежуточные звенья, до любого уровня власти. Получив эту власть, он может создать иллюзию свободы выбора. А это уже когда-то случилось и «верховной» власти было не нужно.

Суть работы заключалась в том, что нужно было собирать, расшифровывать, фильтровать и систематизировать информацию, полученную с помощью визуальных, электронных, гласных, негласных, открытых и закрытых источников. Методы, объекты и субъекты сбора могли быть самые разные, от привычного копирования, перехвата данных и кражи до фантастических невербальных коммуникаций с использованием гипноза и психотропных средств.

Однако один из методов, по которому, словно с помощью пазлов, собиралась истинная картина, был наиболее трудоёмким, хотя и наиболее достоверным. Агенту буквально годами приходилось сидеть на одной «точке» и наблюдать, с использованием спецтехники и без таковой, за секретным объектом. Лучше, конечно, было, если агент был внедрён на объект, работал в какой-либо второстепенной роли. Для этого подходил даже дворник. «Секретный» объект мог не быть секретным официально, по статусу, однако режим, регламент, функционирование его имели важное значение. Например, сведения, полученные с мест жительства, проведения досуга лиц, которые обладали научной, коммерческой, военной или политической информацией, могли оказаться более значимыми, чем сведения, почерпнутые из документов с секретных объектов. Надо было записать всё: кто куда уходит, откуда приходит, режим дня, учения, ремонт, время запуска и остановки агрегатов, фоновые показатели и многое другое, на первый взгляд кажущееся незначительным. Вплоть до того, когда какая дверь открывается, когда и где включается и выключается свет, что и сколько едят, пьют, слушают.

Использование спецтехники было ограничено, она сама могла быть причиной рассекречивания, однако в современном мире информация, проходящая по сетям и систематизированная в программах, была сродни кладу.

Таких «смотрителей» было много на разных объектах. Это называлось «негласное наблюдение». Так, в течение недель, месяцев, лет «смотрители» записывали в виде басен, стихов, рассказов всё, что происходило на объектах, которые их интересовали. Из этого складывалась картина того, как работает объект, как он взаимодействует с другими объектами. Вся информация собиралась в «первый круг» анализа. В «первом круге» анализа составлялся определённый алгоритм происходящего. Потом всю ситуацию переводили на «второй круг» анализа, в котором уже более детально оформлялись и обозначались наиболее важные объекты, от которых зависела работа всех остальных объектов.

Бинарный код — глазами профессионала

Пройдя только что Titanfall 2, ошеломлённый концовкой я полез искать утешение в интернет. И узнал такую вещь — в сцене после титров шлем Джека мигает не просто так.

В бинарном коде эти вспышки означают «JACK?». Очень уж хочется верить в хеппи энд, кто играл — поймет, тем более на фоне недавних слухов про анонс Titanfall 3. Тут вспышки показаны в замедлении и с расшифровкой.

Возможно это общеизвестно, тогда — милости прошу минусить, писал на эмоциях))

В поисках смысла

Айтишник

Оригинальное поздравление

— У Серёги на днях днюха была. 23 года исполнилось. Торт был со свечками, с пятью, все горели кроме второй.

У меня тоже недавно был юбилей

Народ, не смотрите возможные дубликаты, там полный nsfw

Двоичный код

Двоичный коврик

Пикабушники — очень находчивый народ.

Я дико порадовался за сообщество.

Докажите, что вы не робот

Почему я обожаю своего друга

БИНАРНЫЕ ЧАСЫ «NERD WATCH» НА ATTINY85

Часы показывают время в двоичной системе (1\0) известной как бинарный код. Занятная и простоя поделка для себя или в подарок для товарища техногика.
2 светодиода своим миганием отображают только бинарный код. Сначала час, потом минуты например:
22 часа — 0011001000110010
46 минут — 0011010000110110

ТОП площадок для торговли бинарными опционами:
  • Бинариум
    Бинариум

    1 место в рейтинге! Самый честный и надежный брокер бинарных опционов!
    Идеально подходит для новичков и средне-опытных трейдеров.
    Бесплатное обучение и демо-счет!
    Дают бонус за регистрацию:

Добавить комментарий